ГОРОДСКАЯ СУМАСШЕДШАЯ

Павел Барабаш

ГОРОДСКАЯ СУМАСШЕДШАЯ

Пьеса в двух действиях для 3 актеров

Действующие лица

1-й актер. Небольшого роста, подвижная, чувственная, брюнетка.

  • Фира — 23 года, актриса оперного театра в 1937 году.
  • Кармен — 57 лет, городская сумасшедшая. На ней всегда маска, старые, поношенные вещи. Ярко помнит события до 1937 года, частично осознает ближайшее настоящее и будущее (все как в тумане).

2-й актер. Стройный мужчина.

  • Андрей — 25 лет, военный летчик, муж Фиры
  • Судьба — в черном плаще, цилиндр мага.

3-й актер. Рыжий цвет волос. 

  • Стукач — сосед по коммуналке, в пижаме (плаще), очкарик.
  • Комиссар — небольшого роста, рыжий, в кожаной куртке, портупея с большим маузером.
  • 1-й секретарь горкома — костюм, галстук.
  • Санитар — в белом халате.
  • Турист — маска японца, фотоаппарат.
  • Хосе.
  • Рабочий. — Телогрейка. Шапка ушанка.

Действие первое

Сцена 1

На стене перекидной календарь (формат А1), на нем текущий год (например, 2016). Появляется Судьба.

СУДЬБА (в зал). В основу положены события из той жестокой реальности, что уже прекратила свое существование, и безжалостно выброшена на свалку истории. 

Судьба подходит к календарю. Перелистывает его. Появляется год 1970.

СУДЬБА (в зал). В том году зима была необычайно холодной и снежной. За последние дни, посетивший циклон оставил на улицах и тротуарах Хабаровска много пушистого белого снега, который службы города не всегда успевали убрать и вывезти. Еще сегодня утром медленно и как-то печально падал пушистый снег.

Идет снег. Судьба протягивает руку и ловит снежинку.

СУДЬБА (в зал). В полдень, снег весело громоздился сугробами на обочинах дорог, сверкая и слепя глаза.  Снег поскрипывал под ногами прохожих. У каждого из них своя судьба. Я выбрала ее (протягивает руку, манит пальцем из-за кулис Фиру).  

Звучит музыка и песня (поет Маша Распутина):

Я городская сумасшедшая!

Я за автобус не плачу,

И говорю слова потешные,

И все другое, что хочу…

Появляется Фира. В руке авоська с батоном хлеба, треугольный пакет молока. Одежда — очень поношенная. На лице — театральная маска.

Музыка стихает.

СУДЬБА (в зал). От суммы и от сумасшедшего дома не зарекайся. И в каждом городе есть или была своя сумасшедшая.  Они удивляют нас, вызывают чувства сострадания. И если мы не замечаем их, не сочувствуем им то, возможно, сумасшедшие — это мы сами.

Фира медленно идет, как зомби.  Глаза смотрят отрешенно.

ДЕТСКИЕ ГОЛОСА. Дурочка… сумасшедшая… Кармен… это Кармен... смех…

Летят снежки (из-за кулис), один из них попадает ей в спину. Фира не оборачивается.

ДЕТСКИЕ ГОЛОСА. Дурочка… дурочка…

ФИРА (в зал. Кармен не дурочка.

ДЕТСКИЕ ГОЛОСА. Сумасшедшая… сумасшедшая…

ФИРА (в зал). Фира — несчастная. Фиру никто не любит.

СУДЬБА. Фира, что с тобой? Ты вся в снегу?

ФИРА. Очень холодно! (дует на пальцы рук). Фира хочет домой.

СУДЬБА. Что ты хочешь?

ФИРА. Фира устала. Фира хочет домой.

СУДЬБА. Давай я тебе помогу.

ФИРА. Не надо. Фира сама. 

СУДЬБА. Ну, иди с Богом.

ФИРА. Бога нет. Фира — комсомолка.

Судьба крестится. Идет следом за Фирой.

Сет гаснет.

Звучит музыка и песня (поет Маша Распутина):

Я городская сумасшедшая!

Я за автобус не плачу,

И говорю слова потешные,

И все другое, что хочу…

Сцена 2

Свет зажигается. Железная кровать. На столе кружка. Вешалка на двери.  

Появляется Фира. Фира у себя в квартирке. Снимает шапку, пальто, отряхивает снег, вешает одежду на вешалку. Садится на кроватку. Берет черную сумку, открывает и достает пудру. Гримируется, создавая маску.

Гаснет свет.

Музыка умолкает. Зажигается свет.

Комната, кровать, телефон на тумбочке, патефон. Афиша. Портрет Сталина на стене в рамке, как икона.

Судьба подходит к часам, перекидывает календарь назад. 1937 год.  Вешает на стену афишу «Опера Кармен». Судьба медленно оглядывает зал.

Свет становится ярче, комната хорошо освещена. Появляется Фира, красное платье, роза в волосах. Садится у зеркала, прихорашивается.

СУДЬБА. Этот год начался для Фиры, весьма удачно. Ей выпал счастливый жребий сыграть роль Кармен. Колесо Судьбы, вращаемое капризом режиссера, остановилось на ней.

ФИРА (в зал, взволнованно). Завтра решится моя судьба. Я сыграю Кармен, я буду Кармен.

Фира подходит к патефону, ставит пластинку.

Звучит сюита (Хабанера, Кармен).

Фира танцует. Затем останавливается.

СУДЬБА. Такой джек-пот выпадает раз в жизни.

ФИРА. Я даже мечтать не могла. Теперь моя жизнь наполнена репетициями. Завтра премьера, завтра ко мне придет слава.

СУДЬБА. Возможно, придет, если ничего не случится.

ФИРА. Я волнуюсь. Всякое ведь может случится. А вдруг отменят спектакль.

СУДЬБА. Успокойся Фира.

ФИРА. Надо успокоиться.

СУДЬБА. Ты сыграешь Кармен. Когда-нибудь сыграешь.

ФИРА. Сыграть роль Кармен, всю жизнь играть ее, и умереть как Кармен.

СУДЬБА. А как же Андрей?

ФИРА. Хотя нет. Андрей — не Хосе, он нежно меня любит. И я его тоже.

Звонит телефон. Фира берет трубку.

ФИРА (говорит по телефону). Привет, подруга… Когда премьера оперы? ... Премьера завтра… ты придешь на премьеру?  Буду рада… конечно, отметим… волнуюсь ли я? Конечно, волнуюсь, сердечко мое бьется как птичка в клетке… До встречи, подруга.

Отходит от телефона. Садится у трюмо.

ФИРА. Завтра дверца откроется, и мое сердечко с любовью полетит к зрителям. Я буду — Кармен…

Звонит телефон.

ФИРА (говорит по телефону). Алло… Ты уже в курсе? … Да, сбудется мечта всей моей жизни… Дома ли муж? Андрей еще не пришел. Он на службе…. Где он? Он же летчик, все летает, летает, сокол мой… И тебе удачи. Обязательно приходи завтра на премьеру.

Кладет трубку. Прихорашивается перед зеркалом.

ФИРА (сама себе). Я должна быть красивой. Скоро придет Андрей.

Сцена 3

Судьба уходит за кулисы. За дверью появляется Андрей, муж Фиры. Он в военной форме. Стучит в дверь.

ФИРА. Это Андрей. Пойду открою.

Заходит Андрей, в руке алая роза и сверток, перевязанный алой лентой. Обнимаются.

ФИРА. А я, жду тебя, жду.

АНДРЕЙ. Я так соскучился.

За дверью появляется сосед - СТУКАЧ, на нем пижама. Он подслушивает, и что-то записывает в блокноте химическим карандашом.

АНДРЕЙ (на коленях протягивает ей розу). О, моя Кармен.

ФИРА (смеется). Еще нет. Твоя, но еще не Кармен. А вот завтра.

Фира прижимает розу к сердцу. Ставит ее в вазу.

СТУКАЧ (в зал). Ну ты не кажи гоп, пока не перепрыгнешь. А вот попрыгать сможешь, это уж к бабке не ходить. Я обещаю.

АНДРЕЙ.  У тебя завтра премьера. (обнимает ее за плечи)

ФИРА. Мне страшно.

АНДРЕЙ. Чего ты боишься? Все будет хорошо.

ФИРА. Волнуюсь! Не верится, что сбывается мечта. Все, как сон. Представляешь я и Кармен.

Андрей протягивает сверток.

АНДРЕЙ. Это тебе.

ФИРА (взволнованно). Что это? — указывает на сверток.

АНДРЕЙ. Сюрприз. Ты разверни.

Фира разворачивает. Там томик стихов Есенина.

ФИРА (испуганно). Есенин!?  Его же запретили читать. Он враг народа.

АНДРЕЙ. Не слушай эти глупости. Есенин — замечательный поэт, народный.

ФИРА (прижимает палец ко рту). Тсс... нас могут подслушать. Не говори так. Накличешь беду.

СТУКАЧ (в зал). Обязательно подслушаем, работа у нас такая.

АНДРЕЙ. Хочешь, я тебе почитаю стихи?

ФИРА. Почитай, Андрюшенька, только тихо. А то сосед может услышать. Времена сейчас неспокойные.

СТУКАЧ (в зал). Она права, времена неспокойные. Хочешь спокойно спать не болтай лишнего.

Сидят за столом. Горит свеча в подсвечнике. Андрей читает стихи. Иногда забывает и голос становится громче. 

Шаганэ ты моя, Шаганэ!
Потому, что я с севера, что ли,
Я готов рассказать тебе поле,
Про волнистую рожь при луне.
Шаганэ ты моя, Шаганэ.

АНДРЕЙ. Тебе нравится?

ФИРА. Музыкальные стихи. Только он же враг народа. Есенина запрещают читать.

АНДРЕЙ. Ну какой он враг? … если так пишет музыкально и трогательно. Прям за сердце берет.

Берет Фиру за руку, листает томик.

АНДРЕЙ. А вот еще, послушай.

Мы теперь уходим понемногу
В ту страну, где тишь и благодать.
Может быть, и скоро мне в дорогу
Бренные пожитки собирать.

ФИРА (обеспокоенно). Вот-вот, узнают, и придется нам пожитки собирать.

СТУКАЧ (в зал). Вот-вот, пожитки пора собирать. Надолго уедите. Навсегда.

АНДРЕЙ. А кто узнает? Мы же одни!

ФИРА. Это опасный подарок! Вдруг кто увидит.

АНДРЕЙ. Спрячь его.

ФИРА. Ты прав, Андрюша. Есенина надо хорошо спрятать.

АНДРЕЙ. Спрячь за портретом Сталина.

ФИРА. Ты прав. Там никто не догадается искать.

Фира обнимает, целует Андрея в щечку. Встает и прячет книгу за портретом.

СТУКАЧ (в зал). Записать надо. За спиной у вождя решили спрятаться. А с виду приличные люди, интеллигенция.

АНДРЕЙ. Лучше бы за иконой. Это поэт от Бога.

ФИРА. Бога нет. Я — комсомолка. Нам не разрешают в него верить.

АНДРЕЙ. Ты права, пока есть Сталин, нам Бог не нужен.

СТУКАЧ (в зал). Надо доложить куда следует, пока улики на месте.

ФИРА. Спасибо любимый за книгу. Но уже поздно. Давай спать.

Стукач уходит. Андрей и Фира раздеваются. Фира в халатике, Андрей в майке и семейных трусах. Фира и Андрей ложатся на кровать, укрываются одеялом, обнимаются. Гаснет свет. В темноте голоса.

АНДРЕЙ. Спокойной ночи, любимая.

ФИРА. Спокойной ночи, любимый.

Гаснет свет. Появляется Судьба.

СУДЬБА. В этот декабрьский вечер, Фира долго не могла уснуть, завтра — премьера, лежала с открытыми глазами, пыталась дышать ровно, чтобы успокоить волнение, вдох — выдох, закрывала глаза, …  но мысленно снова и снова возвращалась к предстоящему спектаклю, проигрывала в своем воображении каждую деталь, каждое движение, каждую интонацию голоса. И Андрей тоже волновался. Заснули поздно, далеко за полночь. Казалось, Счастье было повсюду, его было так много. Но маятник Судьбы уже пошел в сторону Страданий, безжалостно нанося удар за ударом.

Сцена 4

Громко тикают часы. Меняется освещение. Видна кровать, на ней Фира и Андрей. На часах 4 часа.

Сильный стук в дверь. Андрей открывает дверь, в семейных трусах, на плечах китель с погонами.

Заходит рыжий комиссар, кожаный плащ (куртка). Маузер в руке. Все перерыл, разбросал. Нашел томик Есенина за портретом Сталина. Андрей и Фира сидят на кровати. Фира испугана.

КОМИССАР (злорадно). Ага, попалась шпионка. Врага народа читаешь? Родину позоришь!?  Вот теперь ты у меня попляшешь!

АНДРЕЙ. Не троньте ее. Это моя книга! Отдайте!

Выхватывает книгу и прижимает к сердцу.

КОМИССАР (задумчиво). Твоя книга говоришь?

АНДРЕЙ. Да, моя.

КОМИССАР. Точно твоя?

АНДРЕЙ. Как перед богом, клянусь.

КОМИССАР (злорадно). Так ты еще и в бога веруешь?

АНДРЕЙ. Это я так, не подумал.

КОМИССАР. Сам признался, гадина во всем. Раскололся! 

КОМИССАР (в зал). Кругом враги народа. В Бога веруют. Есенина читают. Вождей пролетариата: Ленина и Сталина не читают. Совсем обнаглели. Как тараканы прячетесь в своих норах. Но мы вас того самого! Повыведем! Раздавим своим пролетарским ботинком как клопов! Всех до единого!

Комиссар достает из кармана сложенный листок бумаги и карандаш.  Разворачивает листок, разглаживает на столе. Рядом кладет карандаш.

КОМИССАР (Андрею, строго). Садись сюда, пиши объяснительную, что томик стихов принадлежит тебе.

Андрей встает, Фира пытается его удержать. Андрей садится за стол.

КОМИССАР. Напиши, что спрятал Есенина за портретом Сталина, чем проявил неуважение и отсутствие любви к нашему вождю.

Андрей что-то пишет.

ФИРА (причитает). Андрюша, что теперь будет? Что будет?

Комиссар проходит мимо Фиры, заглядывает в вырез ночнушки, трогает ее волос, пытается потрогать ее грудь.

ФИРА (вскрикивает). Андрей, защити меня.

Андрей вскакивает, но получает удар маузером в затылок. Он падает. Комиссар его бьет ногами.

Андрей без сознания. Комиссар наливает в стакан воду и выливает на голову Андрея. Андрей открывает глаза.

КОМИССАР. Очухался контра! Живучий ты гад, однако, недолго тебе осталось. А ну, вставай контра.

Комиссар забирает лист бумаги и карандаш, кладет их в карман. Андрей медленно встает, держится за голову, губы у него дрожат. Фира на кровати забилась в углу, перепугана, вся дрожит, плачет.

КОМИССАР. Вставай контра. Пошли.

ФИРА. Куда вы его забираете?

КОМИССАР. В ту страну где тишь и благодать. Пошевеливайся.

Выходят. Андрей впереди, руки за спиной, позади комиссар с маузером, упирающимся в спину.

Томик стихов остается на полу.

ФИРА (причитает). Что делать… Как жить теперь… (рыдает)

Комиссар возвращается.

ФИРА. Что вам еще надо? Вы за мной?

КОМИССАР. Мы с бабами не воюем. Мы с ними того самого лучше.

ФИРА. Что вам еще надо? Что?

КОМИССАР. Вещественные доказательства измены родины забыл. Пригодятся для дела.

Поднимает томик стихов. Открывает.

КОМИССАР (читает).

Мы теперь уходим понемногу
В ту страну, где тишь и благодать.
Может быть, и скоро мне в дорогу
Бренные пожитки собирать.

ФИРА. Где теперь мой муж? Что вы с ним сделали?

КОМИССАР. Где, где… что вы все заладили… Где и положено ему быть, в тюрьме.

ФИРА. Что с ним будет?

КОМИССАР. В расход пустят.

ФИРА. Это как в расход?

КОМИССАР. Расстреляют значит.  Вот так.

Комиссар приставляет к ее голове маузер.

КОМИССАР. Вот так. Бах... и все. Пусть поля Родины удобряет своим вражеским телом.

ФИРА. Помогите… умоляю… Спасите его!

Становится на колени. Обнимает его сапоги.

КОМИССАР. С какой кстати мне помогать тебе шпионка?

ФИРА. Я — артистка (плачет).

КОМИССАР. Артистка говоришь? Впрочем, …

Комиссар поднимает ее и заглядывает в вырез ее халатика.

КОМИССАР. Можно конечно… у меня есть связи. Можно похлопотать будет… Тогда отпустить могут… Если я похлопочу, могут отпустить… Иди на кровать, не мешай думать.

Фира садится на кровать, причитает и вся с надеждой, утирая слезы смотрит на комиссара. Тот садиться за стол, достает из кармана четвертинку водки, наливает в стакан, залпом выпивает, вытирает рукавом, оценивающе смотрит на Фиру.  

ФИРА. Спасите его... умоляю вас…  (плачет).

КОМИССАР. Это можно … только за все надо платить, как ты понимаешь.

КОМИССАР (в зал). Артисток я еще не трахал. Честное слово, не доводилось. Интересно что они могут в постели.

Комиссар встал, потушил свет и… шум… скрип кровати…

Свет зажигается…. Комиссар слазит с кровати, одевает брюки, застегивает ширинку.

КОМИССАР (в зал). Моя баба получше будет, однако.

Фира плачет, встает с кровати, становится на колени.

ФИРА. Вы спасете его?

КОМИССАР. Нет! Мы его расстреляем. Сам его контру прикончу.

ФИРА. Вы же обещали…

Хватает комиссара за сапог. Он отпихивает ее ногой.

КОМИССАР. Ничего я не обещал. Пошутил я, гадина. И молчи сука. А будешь болтать, то и тебя как врага народа шлепнут! Сам тебя суку расстреляю. У меня рука к таким делам, знаешь ли, привыкшая, не дрогнет рука то.

КОМИССАР (в зал). У нас патронов на всех хватит!

Комиссар уходит.

Сцена 5

Часы тикают громче.  Она сидит на кровати растрепанная. В маске. Смотрит на телефон. Ходит вокруг него. Тот молчит. Ночь-День. Появляется Судьба.

СУДЬБА. Фира не пошла в театр ни на следующий день, ни в другие. Из театра также никто не пришел. Никто ей не позвонил. Плохие вести распространяются быстро. Жена врага народа не должна срывать овации публики.  Вскоре оказалось, что Фира беременна от Рыжего комиссара. Родственники советовали сделать аборт, приводили даже врача, — но она отказалась. Ей было все равно, что будет с ней, с ребенком. Жизнь потеряла смысл, все было вокруг как кошмарный сон. Надо только проснуться, чтобы жить дальше.

Фира с животиком. Она трогает его рукой. На лице маска.

ФИРА. У меня будет ребенок от злодея. Но это мой ребенок. Я буду его любить (с нежностью поглаживает живот).

СУДЬБА. Андрея через полгода выпустили, но это был уже другой человек, появилась седина на висках, какой-то жалкий и сломленный, молчаливый.

Заходит Андрей.   Небритый, сломленный, в телогрейке. Шаг навстречу ей. Видит ее живот. Смотрят в глаз друг другу.  Она пытается обнять его, он не позволяет. Андрей смотрит на ее живот. Брезгливо проходит мимо. Чужие. Оба молчат.

Андрей сидит за столом и пьет водку. Фира сидит рядом, плачет. Молчат. Ложатся спать повернувшись, друг к другу вольтом. Она молчит. Он тяжело вздыхает несколько раз. Потом замолкает. Ночь. Громко тикают часы.

Андрей встает. Берет веревку. Сооружает петлю. Становится на табуретку.  Часы замедляют тиканье и прекращают тикать.

Фира просыпается.  На часах 4 утра. Потом переводит взгляд и видит повесившегося Андрея. Кричит. Приходит сосед (стукач), помогает снять тело.  Фира плачет, обнимает тело Андрея, плачет.

ФИРА. За что? Как жить-то, господи?

СУДЬБА (в зал). Может так и лучше? Смерть решает любые проблемы, которые создает жизнь.    

Фира трогает животик. Схватки.

ФИРА. Мне очень больно.

СУДЬБА. Тебе пришло время рожать.

ФИРА. Рожать? Уже?

СУДЬБА. (удар часов) Судьба, т.е. получается — я, безжалостно нанесла Фире еще один удар. Роды оказались преждевременными. Ребенок родился слабеньким.

Крики младенца «уа-уа»

СУДЬБА. Ребенок вскоре умер. Опять удар Судьбы…

Удар часов.

Фира без животика в маске. Безразлично смотрит на ребенка (куклу).  Поднимает руку куклы, та падает.

ФИРА. Я осталась одна. Совсем одна.

СУДЬБА. Часы ее собственной жизни остановились в те страшные четыре часа утра. Только Прошлое имело смысл, и. пребывая там... она была счастлива. Только Прошлое имело смысл, и, пребывая там, она видела себя на сцене оперного театра, представляла себя Кармен, и слышала несмолкаемые овации зала. Приятно щемило сердце. Как приятно ощущать атласное платье, и цветы... цветы на сцене, от счастья хотелось плакать, потом, сейчас нельзя, потечет грим...

Звучит музыка (Хабанера, Кармен).

Действие второе

Судьба переворачивает календарь. 1938 год.

СУДЬБА. Некоторые евреи, инстинктивно ощущая надвигающуюся опасность, уезжали на Дальний Восток.  Фира оказалась сначала в Биробиджане, затем в Хабаровске. Поселилась в маленькой квартире на первом этаже по улице Шеронова. Ее взяли на работу телеграфисткой. Работа давалась с трудом, отнимала много сил. Жила как во сне, плохо воспринимая Реальность, она все делала как сомнамбула, соединяла, разъединяла, какие-то провода, чьи-то разговоры, чьи-то судьбы.

Сцена 5

Фира сидит за столом, она телеграфистка. Маска на лице. Спрашивает. Отвечает. Записывает. Монотонным голосом.

ФИРА. Алло. Это межгород. Куда звоните? Номер телефона? Кого пригласить? Ваш телефон? Ваша фамилия? Ожидайте.

ФИРА. Это межгород. Номер не отвечает. Есть другой номер? Ожидайте.

ФИРА. Алло. Владивосток заказывали? Соединяю.

СУДЬБА. Она покупала дорогую пудру, дорогой крем, косметику, вечером гримировала себя, воображая себя Кармен, становилась ею, и, счастливая, засыпала. И когда она находилась в своей маленькой квартирке, ничто не мешало ей предаваться своим воспоминаниям, жить в прошлом и мечтать, представлять себя Кармен, в эти минуты — она была счастлива, она была Кармен.

Сцена 7

Фира у себя в квартирке. Убогая обстановка. Кровать. Тряпье. На столе пудра, крем. Создает маску сумасшедшей.

ФИРА (в зал). Вот теперь я Кармен.

Звучит музыка (Хабанера, Кармен).

Судьба листает календарь.  1941. Музыка затихает.

СУДЬБА (в зал). Вторая мировая война, как чума, забирала человеческие жизни. В 1941 году все ее близкие родственники погибли в Бабьем Яру. Еще один безжалостный удар по ее психике. (удар часов). И Фира уже не могла больше работать телеграфисткой, быстро уставала, допускала много ошибок, часто болела, прошла медицинскую комиссию, ей дали инвалидность, назначили мизерную пенсию. Фира определила для себя как бы барьер, отделяющий события до той дурной ночи, до четырех часов утра, когда забрали ее Андрея. Все хорошие события, таким образом, лежали по одну сторону барьера, они — цветные, объемные, ярко освещены, наполнены музыкой и смехом. Все последующие события, по другую сторону барьера, они — плоские, тусклые и размытые. Перешагнуть через барьер — означало для нее пережить все те страдания, что выпали черными картами на стол ее Судьбы. Ее бессознательный мозг оценил эту задачу как невыполнимую, и создал Реальность, в которой не существовало будущего для событий, лежащих по другую сторону барьера. Настоящее, объявлялось вне закона, как только мгновение переставало быть настоящим, оно тут же арестовывалось и помещалось в тусклые казематы бессознательного, и сознание не хотело ничего знать о судьбе этого опыта. Жить и мечтать, таким образом, можно находясь только там, в том далеком и счастливом прошлом, когда она готовилась к премьере, чтобы стать Кармен, и она много раз проделывала это в своем сознании тогда, в прошлом.

Снова музыка. Фира в маске. Радуется. Танцует. Музыка затихает.

Фира перед зеркалом рассматривает себя, прихорашивается.

СУДЬБА (в зал). Иногда соседи приглашали ее в гости. Угощали чаем с вареньем, от вина Фира отказывалась, и вообще, стеснялась и чувствовала себя неловко. Освоившись, рассказывала интересно и помногу о прошлом, о своем детстве, о театре. Когда же ее спрашивали о настоящей жизни, или той, что была после той роковой ночи, глаза ее, до этого такие живые и радостные, вдруг застывали, смотрели неподвижно и отрешенно, голос становился приглушенным и жалобным. Она начинала говорить о себе в третьем лице, говорила, что Фира хочет спать, что завтра премьера, просила Фиру извинить, - надевала старенькое пальтишко и уходила в свою квартирку. Соседи из жалости к ней, а может и к вещам, уже старым, вышедшим из моды, ненужным, но которые жалко выбрасывать, предлагали ей обноски, но Фира всегда отказывалась, и только хитростью, например, оформив подаяние как подарок, можно было что-нибудь ей вручить. Вообще-то соседи — люди простые и добрые, они жалели и по-своему любили Фиру, сочувствовали ее судьбе, но ничем не могли ей помочь. Для них существовало будущее, и оно всегда было впереди. Они смотрели телевизор, и знали, что при коммунизме всем будет хорошо. Только вот когда его построят, никто не знал. Так проходили день за днем, год за годом. Вазелин, мел, маска, иногда пудра, прогулки в магазин, снежки в спину, счастливые часы общения с прошлым. Возможно, она бы так и умерла на своей железной подростковой кроватке, аккуратно застеленной лохмотьями, умерла бы счастливой, умерла бы Кармен. Каждый день она превращала свое лицо в театральную маску. Она хотела только одного: жить и умереть как Кармен. Но и в этой малости ей было отказано. Колесо Судьбы опять показало на зеро. Опять страдания.

Судьба переворачивает календарь.  1973.

Сцена 8

Фира идет по улице. На лице театральная маска.  Авоська с хлебом и пакетом молока.   Навстречу иностранный турист (японец) с фотоаппаратом.

ТУРИСТ (удивленно). О-о-о! Артисты ходят по городу. Какой культурный город!

Турист фотографирует Кармен. Забегает, то спереди, то сбоку.  Щелкает. Потирает руки от удовольствия. Фира не обращает внимания. Продолжает свой путь.

ТУРИСТ (радуясь). Осень ХОРОСО! ОТЛИСНЫЙ СЮЗЕТ! Будет что показать в Япония. ОСЕНЬ-ОСЕНЬ ХОРОСО!

Звучит припев из песни:

Я городская сумасшедшая!
Я за автобус не плачу,
И говорю слова потешные,
И все другое, что хочу.
Я городская сумасшедшая!
И это лучшая броня.
Мне все прощают власти здешние,
Поскольку справка у меня!

Кабинет 1-го секретаря. Красное знамя. Плакат «Народ и партия едины». Портрет Брежнева. Играет гимн «Союз нерушимых республик сводных…». За столом мужчина, на нем галстук, рыжий цвет волос. В руках 1-го секретаря партии КПСС фото Кармен.

Стук в дверь. Заходит Судьба. Музыка утихает.

1-Й СЕКРЕТАРЬ. Что это? (грозно спрашивает и показывает фото)

СУДЬБА. Фотография.

1-Й СЕКРЕТАРЬ. Без тебя знаю, что это фотография. А что за пугало на ней?

СУДЬБА. Это Кармен. Обыкновенная городская сумасшедшая.

1-Й СЕКРЕТАРЬ. Почему она шляется на свободе? Почему не в тюрьме?

СУДЬБА. В тюрьме…. Она разве совершила преступление?

1-Й СЕКРЕТАРЬ. Я имел в виду психушку. Почему не в психушке?

СУДЬБА. Она безобидна. Сама по себе. Просто живет в своем прошлом. Играет роль Кармен, которую так и не сыграла.

1-Й СЕКРЕТАРЬ. И не сыграет! Не позволим. Иностранные граждане ее фотографировали?

СУДЬБА. Они делали это без всякого злого умысла. Просто так, на память о нашем городе.

1-Й СЕКРЕТАРЬ (в зал). Пронесет… а может и не пронесет… Кто знает? Всего можно ожидать! Сами рассудите. Может сейчас и пронесет, но вообще ведь так и до неприятностей недалеко. Сумасшедшая бродит по улицам города, и на это нет никакой управы. Ведь могут подумать, что у нас не хватает психиатров, что в наших психиатрических больницах содержатся только диссиденты. Дело может принять политическую окраску. Надо принять меры, навести порядок.  

1-Й СЕКРЕТАРЬ (кричит на судьбу). Сумасшедшие должны сидеть в психушке. В психушке. Я дважды повторять не буду.

СУДЬБА. Вы сейчас повторили это дважды.

1-Й СЕКРЕТАРЬ. Мне можно ошибаться, меня сюда за этим и поставили.

Достает водку, наливает в стакан, выпивает залпом.

1-Й СЕКРЕТАРЬ (в зал). У нас психушех на всех хватит! Не сомневайтесь. Кто не работает, того на Кубяка. Всех вылечим. Вправим мозги. Кто хочет в психушку? Добровольно признание облегчит ваши страдания.

 Стукает по столу. Рвет фотографию и бросает в сторону Судьбы.

1-Й СЕКРЕТАРЬ (Судьбе). На Кубяка эту кикимору! И пошла вон от сюда!

Судьба удивленно смотрит на него. Крутит у виска пальцем и уходит.

СУДЬБА (в зал). Сумасшедшие должны сидеть в психушке? А кто здесь сумасшедший? Он сам то нормальный? А вы? Кто из вас сумасшедший? Кто из вас за то, чтобы посадить Фиру в психушку? Люди добрые, кто?  Мот ты? Или ты?

Сцена 9

Комната Фиры. Фира в маске, прихорашивается. Танцует. Стук в дверь. Заходит рыжий санитар в белом халате.

САНИТАР. Ты сумасшедшая?

ФИРА. Меня зовут Фира.

Санитар смотрит в бумажку.

САНИТАР. Все правильно. Ты больна. Тебя надо лечить.

ФИРА. Я репетирую. Мне надо готовиться к спектаклю. Уйдите.

САНИТАР. Партия хочет, чтобы ты сидела в психушке. Там тебе будет хорошо.

ФИРА. Я не хочу. Я здорова. Не трогайте Кармен.

САНИТАР (в зал): Она сумасшедшая. Кто бы сомневался.

Фира сопротивляется. Санитар надевает на Фиру смирительную рубашку.  Уводит.

Фира в палате психбольницы, сидит на кровати, в маске. Пудрится. Заходит Рыжий санитар. Приносит огромную таблетку. Заставляет ее выпить.

САНИТАР. Съешь эту таблетку больная…

ФИРА. Я здорова.

САНИТАР. Ты сумасшедшая.

ФИРА. Я Фира.

САНИТАР. Фира, ешь таблетку.

ФИРА. Фира не хочет таблетку.

САНИТАР. Каждая сумасшедшая будет заявлять тут, что ей хочется. Здесь тебе не театр. Это психушка, тут порядки как тюрьме. Приказы надо выполнять. Жри давай!

ФИРА. Не буду.

САНИТАР. Еще как будешь! Куда ты, сука, от меня денешься.

Хватает ее за волосы, запрокидывает голову, открывает рот и заталкивает таблетку. Фира плачет. Санитар уходит.

Фира сидит на кровати и красится. Появляется санитар с клизмой.

САНИТАР. Ты опять за свое. Прекрати это. Врач тебе запретил жить в Прошлом.

ФИРА. Я должна быть красивой. Завтра премьера оперы.

САНИТАР (в зал). Придется у нее отобрать сумочку с вазелином и толченым мелом.

Пытается забрать косметику. Фира поспешно все прячет в сумочку, прячет сумочку за спину.

САНИТАР. Отдай, сука, барахло свое. По-хорошему отдай.

ФИРА. Это моя жизнь, не отдам. Здесь все мое счастье.

Фира пытается убежать.

САНИТАР. Ах так значит ты? В кошки мышки вздумала играть? Ну погоди, сейчас ты получишь у меня по полной.

Санитар гоняется за Фирой.  Догоняет ее. Хватается за сумочку. Пытается отнять. Та сопротивляется, визжит отчаянно, царапается. Санитар бьет ее по лицу. Валит на пол. Дергает сумочку, в руке у Фиры остается одна ручка. Санитар пинает ее ногой и уходит.

Фира на полу, плачет.

СУДЬБА (в зал). Сказано же в библии. Кто имеет, то и иметь будет, а кто не имеет, у того отнимется и то что он хочет иметь. У Фиры отобрали Прошлое, отобрали Жизнь, — и Кармен перестала существовать.  Жизнь потеряла для Фиры всякий смысл. 

ФИРА. Я хочу умереть… хочу умереть… Господи, если ты есть, помоги мне… (крестится)

Фира на кроватке. Свернувшись в комочек. В руке зажата ручка от сумочки, которую она прижимает к сердцу. Свет гаснет. Жалобно стонет, причитает.

СУДЬБА. Вечером Фира долго не могла уснуть, она тихонечко и жалобно вздыхала, стонала, крепко сжимая в кулачке оторванную ручку и прижимая ее к сердцу. А когда она уснула, то ей снился чудный сон.

Сцена 10

Свет зажигается. Играет музыка из Кармен (Тореро). Она в образе Кармен (без маски).  На ней красное платье. В волосах роза. Появляется Хосе.  Кармен говорит, что не любит его. Бросает ему кольцо. Хосе бьет ее ножом в сердце два раза. Кармен падает театрально на пол. (Аплодисменты)

СУДЬБА. Успех, шквал аплодисментов… Зал скандирует «браво», ее заваливают цветами, обнимают.

Звуки аплодисментов. Крики браво, рев бублики.

Андрей рядом с ней, она прижимается к нему, она — такая маленькая рядом с ним, такая счастливая. Плачет от радости, счастье, как его много сегодня… 

Появляется Андрей. Он офицер. Андрей с розой. Становится на колено перед Кармен. Протягивает ей розу.

АНДРЕЙ. О моя Кармен.

Андрей и Кармен обнимаются. Фира плачет от радости.

ФИРА. Я сыграла Кармен.

АНДРЕЙ. Да ты сыграла. Ты победила. Я люблю тебя.

ФИРА. И я люблю тебя. Я счастлива.

АНДРЕЙ.  Шаганэ ты моя, Шаганэ!

ФИРА. Я — Кармен.

АНДРЕЙ. Да, ты — Кармен.

ФИРА. Я счастлива. Теперь можно и умереть.

Сцена 11

Психушка. Фира лежит на кровати, прижимая ручку от сумки. Тикают часы. Темно. Тиканье замедляется и прекращается. Свет зажигается. Фира лежит, скрестив руки на груди. Рука сжимает ручку от сумочки. На лице улыбка. Маска валяется на полу.

СУДЬБА. В эту же ночь, в начале декабря, рано утром, на рассвете, Фира умерла, не приходя в сознание, умерла в своем Прошлом. В старческом зажатом кулачке у нее нашли ручку от сумочки, кусочек того Прошлого, что она бережно прижимала к своему сердцу. На ее лице застыла улыбка, она обманула рыжего санитара, она умерла как Кармен.

Появляется санитар. В руке сумка.

САНИТАР. Фира, просыпайся. Я тебе сумку принес. Ты что молчишь?

СУДЬБА (санитару). Она умерла.

САНИТАР (в зал). Умерла?

Санитар щупает пульс.

САНИТАР (в зал). Точно, умерла старуха. Не могла до лета подождать, земля сейчас на кладбище мерзлая. А я хотел ей сумку вернуть. Не судьба значит.

Вместе с простынею погружает сверток на тележку, кладет сверху сумку, маску, и увозит тело.

СУДЬБА. Временно, тело Фиры вынесли в сарай. А через два дня, замерзший труп, как бревно, вынесли из сарая, погрузили в грузовик и увезли на городское кладбище. Тело опустили в свежевырытую могилу, закутанной в списанную, старую, заплатанную больничную простынь. Рабочие поспешно забросали могилу смерзшимися комками земли, выпили медицинского спирта, закурили, помолчали.

Сцена 12

Кладбище. Могилка. Рабочий. Рядом детская лопатка. Рабочий сооружает крест из двух палок, перевязанных алой лентой. На верху вешает театральную маску. Рабочий поправляет могилу лопаткой. Садится, достает чекушку водки. Выпивает. Идет снег. Судьба держит в руках розу.

СУДЬБА (в зал). Кто-то сказал, что жизнь — это бег без начала и без конца, а если и дарят цветы, то венки, а не букеты. Венков не было. И никто не оплакивал в этот день Фиру. Хотя нет, конечно нет…

Судьба поднимает голову, протягивает ладонь, снежинки опускаются на ладонь.

СУДЬБА (в зал). Весь этот день медленно и как-то печально падал пушистый снег, снежинки нежно как цветы, танцуя медленно с прощанием опускались на холмик одна за другой. В этой жизни главное быть там, где ты есть, а не там куда ты собираешься прежде чем ты там окажешься, и поэтому, когда ты там, где ты есть, ничто не будет упущено. Ее мечта осуществилась. Фира умерла как Кармен на этой сцене жизни. Что жизнь? Игра!

Судьба кладет красную розу на занесенную снегом могилу.

Звучит музыка из Кармен. Занавес

Конец



Источник: http://www.barabash.pro/publ/0-0-0-0-1
Категория: Мои статьи | Добавил: PB (13.03.2016) | Автор: Барабаш Павел Иванович W
Просмотров: 512 | Теги: хабаровск, драматургия, пьеса | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]